Толкование на вторую главу Деяний святых апостолов.

Толкование на вторую главу Деяний святых апостолов раскрывает такие важные для христианина феномены или события как:

События Пятидесятницы (2:1—13)

2:1 При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе.

2:2 И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились.

2:3 И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них.

3:4 И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещсвать.

2:5 В Иерусалиме же находились Иудеи, люди набожные, из всякого народа под небом.

2:6 Когда сделался этот шум, собрался народ, и пришел в смятение, ибо каждый слышал их говорящих его наречием.

2:7 И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии говорящие не все ли Галилеяне?

2:8 Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились.

2:9 Парфяне, и Мидяне, и Еламиты, и жители Месопотамии, Иудеи и Каппадокии, Понта и Асии,

2:10 Фригии и Памфилии, Египта и частей Ливии, прилежащих к Киринее, и пришедшие из Рима, Иудеи и прозелиты,

2:11 критяне и аравитяне, слышим их нашими языками говорящих о великих делах Божиих?

2:12 И изумлялись все и, недоумевая, говорили друг другу: что это значит?

2:13 А иные, насмехаясь, говорили: они напились сладкого вина.

Основное событие Пятидесятницы, описанное Лукой, не было чем-то феноменальным в эллинистическом мире. В представлении греков «говорение на иных языках» считалось формой экстаза и имело самые различные проявления, начиная с бормотания непонятных слов жрицей-прорицательницей Пифией в дельфийском храме Аполлона, подлежавших истолкованию посредником, и заканчивая экстатическими выкриками в так называемых «религиозных мистериях».  Так уже в древности люди видели связь между экстазом (состоянием «вне себя») и откровениями некоего божества, выражающимися в словах.

И в Ветхом Завете есть свидетельства о подобных случаях. Здесь мы также сталкиваемся с экстазом, непонятными речами и телодвижениями (ср. Чис. 11:16—29; 1Цар. 10:5 и сл.; 19:20 и сл.; ЗЦар. 18:22—29; 4Цар. 9:11; Ис. 28:10 и сл.). В большинстве случаев факты такого рода относят к пророчествам. Впервые мы встречаемся с ними при возвещении Божьей воли вне оформленного культа. Однако очевидно, что ясная и понятная речь пророков Израиля имеет неоспоримое преимущество в сравнении с нечленораздельными выкриками, сопутствовавшими экстазу. Важно отметить то обстоятельство, что пророки были знакомы с излиянием Святого Духа, исходящего от Господа, и ожидали его. В Деян. 2:17—21 цитируется отрывок из Иоиля (Иоил. 2:28—32). Следовательно, пророки осознавали, что они не последние из тех, на кого по Божьему замыслу сошел Святой Дух. Им была присуща уверенность в том, что однажды Господь заново изольет Свой Дух на избранный Им народ и Божественное вдохновение будет означать обновление отношений между Богом и Израилем.

Ко времени появления Иисуса многие раввины считали, что Святой Дух угас вместе с последними пророками — Аггеем, Захарией и Малахией. Но в то же время ожидалось, что в конце времен именно Мессия и спасенные праведники вновь станут носителями Святого Духа. Самого же Иисуса некоторые современники также причисляли к категории пророков, что прежде всего было вызвано его проповедью о покаянии. Но Он не только несет Святого Духа в Себе, но и дарует другим В соответствии со словами Иисуса, время между вознесением и Пятидесятницей является для учеников временем ожидания Святого Духа, необходимого для будущего служения. Таким образом, Пятидесятница послужила своеобразным «порогом» между деятельностью Иисуса и начинающимся устроением Церкви Его учениками.

Первой же фразой Лука дает понять, что событие Пятидесятницы является исполнением обетования (2:1). О чем же идет речь? Пятидесятница — иудейский праздник Седьмиц, посвященный окончанию жатвы (см. Исх. 23:16; 34:22; Втор. 16:9 и пр.). В книге Левит. 23:17 и сл. мы находим более точные сведения о жертвах, приносимых по этому случаю. Хотя праздник Пятидесятницы никогда не имел такого значения, как Пасха или праздник Кущей, но все же и на Пятидесятницу в Иерусалим стекались паломники со всех концов Израиля и из других стран. Пестрота городской толпы образует тот фон, на котором разыгрываются события, описанные Лукой. Он вновь подчеркивает единодушие первых христиан, которое вместе с тем становится своего рода предпосылкой излияния Святого Духа. Само это событие евангелист изображает скупыми штрихами: шум… наполнил весь дом… разделяющиеся языки… почили на учениках, внезапно получивших способность говорить на иных языках. Это — суть рассказа о Пятидесятнице. Знаковыми здесь являются два слова: первое из них связано с местом действия (дом — 2:2), второе — с участниками события (все — 2:1—4). Последнее в дальнейшем относится также к свидетелям случившегося, представителям различных народностей (2:9—12).

В греческом языке понятия «ветер» и «дух», обозначаемые в древнееврейском языке одним словом, близки по значению. Явление Бога в Ветхом Завете нередко сопровождается дуновением ветра (см. ЗЦар. 19:11 — 12). Также и огонь зачастую указывает на присутствие Господа (см. Исх. 3:2; Чис. 9:15 и сл.; 4Цар. 2:11). Следовательно, все происходившее воспринималось органами зрения и слуха. То, что речь идет не о природном явлении, становится ясным только со ст. 4, где рассказывается о последствиях произошедшего. Те, на ком почили языки, начинают говорить. Необычно то, что они говорят теперь на иных языках, т. е. речь идет не о привычном общении на родном языке и не об экстатическом невнятном бормотании, а о чем-то ином, неподвластном человеческому разуму, поскольку их побуждает говорить Божий Дух: И исполнились все Духа Святого… (2:4).

О схожих явлениях сообщается нам и в Ветхом Завете. Например, мастера, который должен был изготовить скинию, Господь «исполнил Духом Божиим», а в сердце его помощника «вложил мудрость» (Исх. 31:3, 6). «Дух Господень» объял Гедеона (Суд. 6:34), вселяя в него мужество выступить против врагов Израиля. В свое время Дух Божий нисходил на Валаама, и он возвещал о видениях, данных Господом (см. Чис. 24:2 и сл.). Мы видим, что исполнение Святым Духом может быть разным по степени воздействия, иметь разные цели. Примечательно, что библейские авторы на удивление мало внимания уделяют более подробным обстоятельствам столь необычных происшествий. В центре их повествования, как правило, — рассуждения о Божьем провидении, а также о том, чего Господь достигает через духовно одаренных людей. То же мы видим и в исследуемом тексте: как раз отсутствие красочных подробностей свидетельствует в пользу его достоверности. Основное же внимание уделено в нем той вести, которую предстояло донести до людей.

Правда, о содержании Благой вести в первых четырех стихах ничего не говорится. Только по реакции свидетелей мы можем понять (2:5—13), что христиане говорили о великих делах Божиих (2:11). Если в Ветхом Завете это устойчивое выражение означало чудесный промысел Божий,

то здесь прежде всего подразумевается Божье оправдание и спасение в Иисусе Христе, о чем скажет позднее в своей проповеди Петр.

Ст. 5 устанавливает связь между излиянием Духа на учеников в доме и публичной проповедью в Иерусалиме. При том остается неясно, о каком именно доме идет речь: обычный ли это частный дом, где собиралась христианская община, или здесь подразумевается Храм, а точнее, помещения для собраний наподобие часовен, окружавшие его. Привлекает внимание и то обстоятельство, что автор намеренно говорит об иудеях из всякого народа под небом, пришедших в это время в Иерусалим, и далее о том, что исполненных Духом учеников, которые говорили на разных языках, было много. То есть речь идет не о чуде слышания, а о чуде говорения. Это подтверждают и сами слушатели, удивленно замечая об учениках: …сии говорящие не всели Галилеяне? (2:7).

Из этого стиха следует, что первая христианская община в Иерусалиме состояла преимущественно из галилейских иудеев. Галилея была областью, где вырос Иисус и где в основном вершились Его деяния. Набожные иудеи считали речь галилеян грубой, смотрели на них свысока и нередко отказывали им в праве чтения вслух Священного Писания во время богослужения. Но именно таких людей избрал Господь, чтобы распространять Евангелие! Не является ли это подтверждением мысли Павла о том, что «благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих» (1Кор. 1:21)? Очевидно, таков Божий способ борьбы с человеческой гордыней: Он не призывает высокомерных. Мы со своей стороны можем считать себя вполне пригодными для служения в Царстве Божьем, но у Него Свои критерии для избрания сподвижников: Ему нужны пустые сосуды, а не полные.

Итак, галилеяне несли весть из малого мира, говорящего по-арамейски, в необъятный мир всех языков и наречий. Интересен и сообщаемый Лукой список мест, откуда прибыли иудеи в Иерусалим. В отличие от прочих подобных списков, здесь отсутствует четкий принцип перечисления: наименования народов — Парфяне, и Мидяне, и Еламиты — предшествуют географическим названиям (Месопотамия) и римским провинциям (Асия). Речь идет о жителях определенных местностей, а точнее, об иудеях, там проживавших, из чего следует, что с этого времени, т. с. с момента разрушения языковых барьеров, в повествовании представлена вся иудейская диаспора. Таким образом, Лука указывает на то, что начинается исполнение Великого поручения.

Не случайно из 17-ти групп, названных Лукой, выделены Иудеи и прозелиты (2:10); этнические названия — критяне и аравитяне — кажутся дополнением, но с исторической точки зрения возражений не вызывают. Иудеи и прозелиты — по всей видимости, собирательное наименование всех призванных, говорящее о том, что уже тогда наряду с иудеями язычники удостаиваются Благой вести Христа. Правда, только те из них, которые посредством обрезания обратились в иудаизм и стали таким образом сопричастны иудейской надежде на спасение. Если Иудеи и прозелиты символизируют все человечество в соответствии с его религиозным происхождением, то наименование критяне и аравитяне можно воспринимать как собирательное определение человечества по географическому признаку (Восток и Запад, или жители островов и материков).

Парфяне — воинственное иранское племя, которое постепенно становилось мощным противником сначала селевкидов, а потом и римлян. В VII в. до н. э. на юг и восток проникли Мидяне, до этого совместно с вавилонянами и скифами завоевавшие Ассирийское царство и создавшие на севере завоеванных территорий свое государство, простиравшееся вплоть до Малой Азии. Затем, в VI в. до н. э., оно было присоединено к Великому Персидскому царству. Севернее Персидского залива, в районе нынешней иранской провинции Хузистан, еще с древнейших времен жили Еламиты. Кедорлаомер, царь Элама, упоминается в Быт. 14:1,5,9 среди участников военного похода во времена праотца Авраама против Содома и Гоморры. Часть эламского народа, вероятно, в конце VII в. до н. э. была переселена ассирийцами в Самарию. В дальнейшем эламиты уже не играли значительной роли в истории. Месопотамией (Междуречьем) в древности называли область между реками Евфрат и Тигр. Эти плодородные земли постоянно захватывали разные племена и на непродолжительное время присоединяли к своим владениям. Для иудейского народа Месопотамия приобрела значение в то время, когда ассирийский царь Саргон 11 в 722 г. до и. э. переселил высшие слои населения Израильского (Северного) царства в Месопотамию и Мидию (4Цар. 17:4—7), откуда они уже не вернулись.

Иудея — официальное название римской провинции, которая стоит в ряду друг их провинций: Каппадокии, Понта и Асии. Заметим, что Каппадокия считалась отдельной провинцией Римской империи в Малой Азии только в 18—19 гг. п. э. Во втором тысячелетии до н. э. па территории Каппадокии находился центр Хеттского царства. В Первом послании Петра (1Пет. 1:1) содержится указание на то, что в Каппадокии проживали иудеи. Позднее там была образована христианская община. Понт, расположенный севернее Каппадокии на Черном море, был ко времени Пятидесятницы отчасти римской провинцией, отчасти — вассальным государством Рима. Римская провинция Асия со столицей Эфесом располагалась на западе Малой Азии. И здесь тоже,

как показывают сообщения о путешествиях Павла, находилось немало иудеев диаспоры, образовавших общины и содержавших синагоги. Фригия находилась в восточной части Асии, Памфилия была расположена на юге полуострова Малая Азия. В Египте и области североафриканской Киринеи (побережье нынешней Ливии) были одни из самых многочисленных скоплений иудеев за пределами Палестины. Большое количество надгробных надписей, архитектурных сооружений и иных археологических и литературных памятников свидетельствует об обитании там иудеев.

В конце списка упомянуты пришедшие из Рима, т. е. гостящие в Иерусалиме иудеи. Речь идет об иудеях, которые с давних времен жили в столице мира. Первые из них были, скорее всего, военнопленными и попали в Рим в качестве рабов. О римских иудеях в своей речи «В защиту Флаккуса» упоминает Цицерон, сообщается о них и во многих других источниках. По-видимому, эта диаспора быстро увеличивалась благодаря практике выкупа из рабства и в дальнейшем образовала ядро христианской общины. Из-за различных антииудейских мероприятий, материальных проблем или ностальгии по Иерусалиму некоторые римские иудеи все же вернулись на родину, где образовали свою общину (см. в Деян. 6:9 о синагоге «Либертинцев», т. е. «вольноотпущенных»). Разумеется, языком римлян был латинский, но в I в. н. э. греческий язык также играл в Риме очень большую роль.

Если мы еще раз посмотрим на перечень народностей, то увидим, что они названы по порядку их расселения с востока на запад, — сначала азиаты (парфяне, мидяне, еламиты, жители Месопотамии, Иудеи, Каппадокии, Понта, провинций Асия, Фригия, Памфилия), затем африканцы (из Египта и Киринеи) и в заключение — европейцы (римляне). Следует отметить, что эта последовательность соответствует миссионерскому пути апостола Павла. В свою очередь, упоминание критян и аравитян как представителей самой западной и самой восточной из перечисленных областей в известном смысле придает списку законченность и полноту.

Итак, Богу было угодно, чтобы в ту Пятидесятницу в Иерусалиме присутствовали представители всего иудейскою мира. Это и стало подготовкой к всемирной проповеди Благой вести. И здесь же начинает звучать тема великих дел Божиих (2:11), ставшая впоследствии средоточием христианского благовести. Если для ветхозаветного Израиля самым важным Божьим деянием было вызволение из египетского рабства (Втор. 10:19—21), то для последователей Христа самым значительным является воскресение Господа и наступление Царства Божьего. Для христиан, живущих сегодня, воскресение Христа также должно стать краеугольным камнем проповеди. И в самом деле, мы возвещаем не о самих себе, своих делах и заслугах, духовном опыте и богословских мнениях, а о Господе Иисусе Христе (2Кор. 4:5).

Во все времена весть о Боге, пожертвовавшем Собой ради спасения людей, вызывала непонимание. И изумлялись все и, недоумевая, говорили друг другу: что это значит? (2:12). По-видимому, в тот момент также возникло изумление в связи с внешней формой возвещения. Кажется вполне естественным, что если человек не может понять какое-либо явление, он начинает делать предположения. Так и здесь: в то время как одни недоумевали при виде удивительного зрелища, другие высказывали ироничные предположения, что причиной всего является злоупотребление алкоголем по случаю праздника: …они напились сладкого вина (2:13). Так и в наше время слушатели Благой вести нередко проявляют непонимание или даже иронию. Одним она кажется слишком серьезной и скучной, другим — слишком эмоциональной и настойчивой. Заметим, что в Новом Завете описано много форм благовестил — проповеди в синагогах и на улицах, личные и групповые беседы, речи в судах, письма, книги. Но всегда и независимо от форм содержание было одним — Божье спасение через Иисуса Христа.

Итак, Лука дает читателю возможность увидеть момент зарождения христианского благовестия и то, как Сам Бог посредством Святого Духа прокладывает Евангелию путь к язычникам. Причем истинное значение этой проповеди заключено не во внешней ее форме, а в содержании: весть о великих делах Божиих во Христе.

Феномен глоссолалия в христианстве.

С момента излияния Святого Духа в день Пятидесятницы в христианстве проявился феномен, имеющий внешнее сходство с подобными явлениями, встречающимися в нехристианских религиях. Имеется в виду говорение на иных языках. Предлагаем краткий комментарий по этому поводу.

  1. В Новом Завете говорение на иных языках упоминается в Деян. 2,10,19 и 1Кор. 12—14. При этом в Деяниях подчеркивается, что оно вызвано сошествием Святого Духа на христиан. В дальнейшем апостол Павел разъясняет, в частности, как правильно использовать дар говорения на иных языках в молитвенном собрании.
  2. Несмотря на формальное сходство этого феномена с проявлениями языческого экстаза, отчетливо выражены особенности христианского говорения на иных языках: прежде всего, люди, говорящие на языках, — непременно христиане. Причина этого явления — воздействие Святого Духа (а не разнообразные способы достижения экстаза), в то время как содержанием является исключительно прославление Бога. Что касается содержания речей, то они всегда совпадают с библейскими свидетельствами. Критерием достоверности того, исходит ли говорение на языках действительно от Божьего Духа или нет, служит последний признак.
  3. Павел в 1Кор. 12:10 уже говорит о разных видах говорения на иных языках. Для него глоссолалия должна в первую очередь иметь место в молитвенной жизни отдельных христиан: молящийся «на незнакомом языке» прославляет Бога и назидает самого себя (1Кор. 14:2—4). Этот тип говорения на иных языках, адресованный Господу, не должен поощряться в церковном богослужении, поскольку там он не служит, подобно прочим дарам Святого Духа, «каждому… на пользу» (1Кор. 12:7). Иначе обстоит дело с говорением на языках, когда оно имеет истолкование (1Кор. 14:27). Сообщение о говорении на иных языках в тексте Деяний принципиально отличается от упомянутого Павлом; здесь (2:4) — и только здесь! — дополнительно указано, что ученики говорили на иных (т. е. иностранных) языках для того, чтобы благовествовать иудеям, не владеющим арамейским. Здесь также налицо воздействие Святого Духа, но оно не способствует назиданию ни отдельной личности, ни христианской общины, а лишь служит делу возвещения слова Божьего.
  4. Интересно отметить, что в некоторых фрагментах Нового Завета наблюдается очевидная взаимосвязь между говорением на языках и пророчествованием (см. Деян. 19:6; I Кор. 14:5). И в Ветхом Завете экстатическая речь была характерным признаком прорицательства. Ученики Иоанна в Эфесе после сошествия на них Святого Духа начинают говорить «иными языками» и пророчествовать (Деян. 19:6). В свою очередь, апостол Павел не отрицает говорения на языках (I Кор. 14:5), но, руководствуясь желанием принести больше пользы общине, отдает предпочтение назидательным речам. Он не свидетельствует против этого дара, ратуя лишь за его правильное использование.
  5. Однако именно в этом состояла и состоит проблема. Известно, что еще в Коринфе человека, говорившего на незнакомом языке, рассматривали как более духовного христианина и на этой основе строили учение о своего рода двухступенчатом христианстве. Павел же, напротив, утверждает, что говорение на языках когда-нибудь прекратится (1Кор. 13:8), называя отличительными признаками христианина веру, надежду и любовь (1Кор. 13:13). Очевидно, что ни один из духовных даров нельзя возводить в абсолют, пренебрегая прочими. Истинный христианин распознается не по каким-либо сверхъестественным способностям, а по его повседневному поведению, в котором он уподобляется Христу.
  6. В связи с этим обратимся еще к одному ключевому понятию — крещению Святым Духом, как оно упоминается в Новом Завете. При этом имеются в виду слова Иоанна Крестителя, который видит принципиальное различие между собой и Тем, Кто должен прийти после него (Мф. 3:11). Иисус, в свою очередь, также говорил об этом перед Своим вознесением (Деян. 1:5), ссылаясь на обетования Ветхого Завета о духовном обновлении Израиля (см. Ис. 4:4). Кроме того, Петр, объясняя в доме Корнилия свое служение среди язычников, также ссылается на Иоанна Крестителя (Деян. 11:15 и сл.). И в самом деле, важно, что последний считает возможным крещение Святым Духом только через Христа, а Сам Иисус говорит, что это событие должно произойти «через несколько дней» после Его вознесения (Деян. 1:5). Это явное указание на то, что произошло в Пятидесятницу. Итак, с одной стороны, в повелении о крещении Иисус Христос подразумевает в том числе крещение «во имя… Святого Духа», однако, с другой, Божий Дух изначально живет в каждом христианине (Рим. 8:9,14) и распределение духовных даров между верующими не означает каких-либо качественных различий между ними, служа лишь общей пользе всей Церкви.
  7. И все же, как нам относиться к феномену глоссолалия? По- видимому, не следует полностью отрицать говорение на иных языках, так как в Новом Завете нет подобных запретов, но следует учитывать, в частности, следующее.
  • Сопровождается ли это говорение пояснением содержания?
  • Составляют ли его содержание великие дела Божии во Христе?
  • Обязательно ли быть последователем учения о двухступенчатом христианстве для обладания дарами Святого Духа?
  • Используется ли этот дар к всеобщей пользе?
  • Ставится ли он в центр внимания?

Первая миссионерская проповедь Петра и ее результаты (2:14—41)

2:14 Петр же, став с одиннадцатью, возвысил голос свой и возгласил им: мужи Иудейские, и все живущие в Иерусалиме! сие да будет вам известно, и внимайте словам моим:

2:15 они не пьяны, как вы думаете, ибо теперь третий час дня;

2:16 но эго есть предреченное пророком Иоилем:

2:17 И будет в последние дни, говорит Бог, излию отДуха Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; и юноши ваши будут видеть видения, и старцы ваши сновидениями вразумляемы будут.

2:18 И на рабов Моих и на рабынь Моих в те дни излию от Духа Моего, и будут пророчествовать.

2:19 И покажу чудеса на небе вверху и знамения на земле внизу, кровь и огонь и курение дыма.

2:20 Солнце превратится во тьму, и луна — в кровь, прежде нежели наступит день Господень, великий и славный.

2:21 И будет: всякий, кто призовет имя Господне, спасется.

2:22 Мужи Израильские! выслушайте слова сии: Иисуса Назорея, Мужа, засвидетельствованного вам от Бога силами и чудесами и знамениями, которые Бог сотворил через Него среди вас, как и сами знаете,

2:23 Сего, но определенному совету и предведению Божию преданного, вы взяли и, пригвоздив руками беззаконных, убили;

2:24 но Бог воскресил Его, расторгнув узы смерти, потому что ей невозможно было удержать Его.

2:25 Ибо Давид говорит о Нем: видел я пред собою Господа всегда, ибо Он одесную меня, дабы я не поколебался.

2:26 Оттого возрадовалось сердце мое и возвеселился язык мой; даже и плоть моя упокоится в уповании,

2:27 ибо Ты не оставишь души моей в аде и не дашь святому Твоему увидеть тления.

2:28 Tы дал мне познать путь жизни, Tы исполнишь меня радостью пред лицем Твоим.

2:29 Мужи братия! да будет позволено с дерзновением сказать вам о праотце Давиде, что он и умер и погребен, и гроб его у нас до сегодня.

2:30 Будучи же пророком и зная, что Бог с клятвою обещал ему от плода чресл его воздвигнуть Христа во плоти и посадить на престоле его,

2:31 Он прежде сказал о воскресении Христа, что не оставлена душа Его в аде, и плоть Его не видела тления.

2:32 Сего Иисуса Бог воскресил, чему все мы свидетели.

2:33 Итак Он, быв вознесен десницею Божиею и приняв от Отца обетование Святаго Духа, излил то, что вы ныне видите и слышите.

2:34 Ибо Давид не восшел на небеса; но сам говорит: сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня,

2:35 доколе положу врагов Твоих в подножие ног 1Ъоих.

2:36 Итак твердо знай, весь дом Израилев, что Бог соделал Господом и Христом Сего Иисуса, Которого вы распяли.

2:37 Услышав это, они умилились сердцем и сказали Петру и прочим Апостолам: что нам делать, мужи братия?

2:38 Петр же сказал им: покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа.

2:39 Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим и всем дальним, кого ни призовет Господь Бог наш.

2:40 И другими многими словами он свидетельствовал и увещевал, говоря: спасайтесь от рода сею развращенного.

2:41 Итак охотно принявшие слово его крестились, и присоединилось в тот день душ около трех тысяч.

Далее, вслед за описанием сошествия Духа Святого на учеников Иисуса Христа, Лука полностью приводит речь Петра, которая в первую очередь обращена к иудеям. Именно эта речь является первой проповедью в книге Деяний и носит программный характер.

Приступая к подробному анализу этой речи, в первую очередь следует отметить параллель между Евангелием от Луки и Деяниями апостолов: как Иисус в Евангелии исполняется Духом Святым (Лк. 4:1) и произносит речь о сути Своего предназначения (Лк. 4:16 и сл.), так и на учеников в Деяниях вначале нисходит Дух Святой, после чего они начинают проповедовать Благую весть. Очевидно, что Иисус и Петр опираются на слова ветхозаветного пророчества и используют в своих проповедях традиционную для священной истории схему: обетование — исполнение (см. Лк. 4:21 и Деян. 2:16—21). По существу, это является одним из аргументов в пользу того, что начало устроения Церкви также было освящено Божьим Духом и осуществлялось как последовательное исполнение слова Божьего, изреченного еще в ветхозаветные времена.

Чтобы облегчить восприятие вышеприведенного фрагмента, в нем необходимо выделить четыре главных части:

  • 2:14 вступление;
  • 2:15—21 объяснение чуда, произошедшего в праздник Пятидесятницы;
  • 2:22—36 утверждение, что это чудо связано со смертью и воскресением Христа;
  • 2:37—41 реакция слушателей.

Следует заметить, что при детальном анализе изучаемого отрывка обращает на себя внимание обилие цитат из Ветхого Завета, составляющих здесь почти половину текста. Следовательно, еще на заре христианства события Пятидесятницы были, по всей видимости, осмыслены как обетования, содержавшиеся в ветхозаветном Писании. И в самом деле — лука цитирует Ветхий Завет исключительно по греческому тексту, лишь изредка позволяя себе некоторые отступления.

…Мужи Иудейские, и все живущие в Иерусалиме! (2:14): уже из вступления явствует, что здесь говорит иудей. В тексте Ветхого Завета мы неоднократно встречаемся с такими повторами одних и тех же по сути утверждений, по-разному сформулированных: этот речевой оборот называется параллелизмом. Божий народ назван еще и живущими в Иерусалиме. Поскольку Иерусалим уже при пророке Иеремии стал символом народа Израиля, можно сделать вывод, что Петр обращает свою речь к иудеям вообще и, в частности, к живущим в Иерусалиме.

Следующая часть ст. 14 и мест ту же конструкцию: …сие да будет вам известно, и внимайте словам моим… Параллелизм в данном случае подчеркивает сначала объективную сторону (т. е. факт оглашения сообщения), а затем субъективную (требование воспринимать услышанное как обращение к каждому лично). Так обычно бывает при возвещении слова Божьего: простого слушания всегда недостаточно, равно как и восприятие воскресения в качестве историческою события не предполагает личной веры. Очевидно, что для обретения истинною знания необходимо как откровение свыше, так и собственное стремление к познанию.

Итак, Петр опровергает насмешливое предположение толпы о том, что говорение на разных языках является результатом употребления алкоголя. …Теперь третий час дня… — говорит он. Известно, что в древнем Израиле день начинался с восходом солнца и состоял из 12 временных отрезков. Ночь же начиналась с заходом солнца и делилась подобным же образом. По этой причине, по-видимому, не следует отождествлять наш час, состоящий из 60 минут, с иудейским, ведь летом дневной период длиннее, а зимой — короче. В любом случае, говоря о третьем часе, Петр подразумевает именно раннее утро, т. е. то время, когда по местным традициям спиртные напитки не употреблялись, поэтому и причина глоссолалии не могла заключаться в опьянении.

Далее апостол приводит пророчество Иоиля, которому еще задолго до происходящих событий Господь открыл, что настанет время, когда Дух Святой изольется на всякую плоть (см. Иоил. 2:28 и сл.). «День Господень» станет Судным днем над всеми народами, в том числе и над избранным. В этот день только Сам Всевышний Своей милостью будет спасать людей, больше им никто не поможет. Но перед наступлением этого дня будут явлены различные природные знамения (2:19,20). Итак, Дух изольется на три группы людей: всякую плоть (ст. 17), сынов, дочерей, юношей и старцев (2:17) и на рабов Моих и на рабынь Моих (2:18). Очевидно, что это перечисление указывает на движение Духа от большего сообщества людей к меньшему, и далее, к узкому кругу тех, кто состоит в наиболее близких отношениях с Богом. К словам Иоиля в 2:18 добавлено: …и будут пророчествовать… Благодаря этому связь пророчества Иоиля с событиями в день Пятидесятницы становится более явственной. Кроме того, излияние Духа напоминает нам символическое излияние масла, символизирующее Святой Дух, на головы первых израильских царей, избранных Самим Богом (1Цар. 10:1 и 16:13).

Сегодня — спустя более 2000 лет после сошествия Святого Духа — перед нами закономерно встает вопрос: что еще исполнилось из пророчества Иоиля (имеются в виду природные знамения и наступление Дня Господня)? Номы должны также понимать, что события, видимые пророками, могут произойти через длительный промежуток времени. Так при взгляде на горный хребет, находящийся вдали, нам кажется, что все вершины расположены близко друг от друга, хотя на самом деле расстояния между ними могут быть значительными. Если часть пророчества исполнилась, то исполнится и остальное, надо только ждать. Иоиль видит спасение в Судный день в обращении к Господу, т. е. в уверенности, что только Он может помочь.

Объяснив говорение на иных языках ссылкой на ветхозаветное обетование, Петр переходит к более глубокому объяснению случившегося (2:22—36). Теперь его обращение адресовано ко всему избранному народу Божьему, без учета деления на Израиль и Иудею. Только в этот момент Петр сообщает об Иисусе, которого он называет Назореем. Мнения толкователей по поводу происхождения этого определения расходятся: некоторые из них связывают его с ветхозаветным понятием «назорей», означавшим человека, который был особым образом посвящен Богу. Но нам кажется наиболее вероятным в данном случае географическое происхождение наименования «назорей».

Силы и чудеса и знамения сопровождали Божьи деяния еще со времен ветхого завета. Бог Израиля отличался от прочих богов тем, что Его промысл видели не только в явлениях природы (в плодородии, дожде, грозе и прочем), но и в том, что Он вмешивался в ход истории, чтобы спасти Израиль. Он избавил израильтян от египетского рабства и этим доказал, что Божье провидение управляет ходом истории. Современным христианам важно осознать, что ожидание нашего спасения (времени, когда Господь возьмет нас к Себе) обосновано также и исторически. Мысль о том, что Бог является движущей силой истории, неразрывно связана с христианским представлением о Боге. Осознание этого факта указывает сильным мира сего на их скромное место и придает нам мужество превыше всею ставить волю Господа.

Иисус творил чудеса, которые свидетельствовали о Боге. Подобно казням египетским, описанным в Ветхом Завете, целью которых было обратить сердце фараона к Господу (Исх. 7:1—6; Втор. 4:34), дела Иисуса явились указанием Израилю на Божью силу и Его влияние на ход истории. Обращают на себя внимание слова о том, что именно деяния Иисуса служили Ему во свидетельство (ст. 22). Однако Он отказывался подтвердить Свою роль посланца Бога особыми чудесами и всячески препятствовал желанию людей достичь веры таким образом, не проявив прежде простого доверия. Очевидно, что тем самым Иисус требовал истинной веры, считая Своих современников (как и нас, живущих ныне) способными к ней вопреки очевидному. Поэтому Он и не «выступал с фокусами», которыми мог бы удержать около Себя почитателей, а творил деяния, указывавшие на власть Господа в мире.

Однако это далеко не всегда рождало в людях веру. Иисус и Его дела оценивались неоднозначно, встречая как признание, так и отрицание, как веру, так и неверие. Петр подчеркивает, что чудеса действительно происходили среди вас, как и сами знаете. Таким образом, важно было и личное суждение о произошедших событиях, а не только их историческая достоверность.

Суждения же о личности Самого Христа также были очень разными. Так, религиозные и политические вожди иудейского народа видели в Иисусе справедливо осужденного и казненного преступника, в то время как Петр и молодая христианская Церковь называли Его по определенному совету и предвидению Божию преданным. Прошло немало времени, прежде чем ученики поняли, что по воле Господа искупление человечества должно совершиться через страдания и смерть Его избранника. «…Да не будет этого с Тобою!» — говорит Петр, когда узнает от Учителя о предстоящих Ему страданиях (Мф. 16:22). По-видимому, путь, выбранный Богом, казался иудеям совершенно неприемлемым, но Господь знал о нераскаянности человеческого сердца и избрал для спасения людей именно этот путь. Попробуем представить себе, что значило для Сына Божьего воплотиться в уязвимое тело, стать подобным нам, предать Себя на произвол обидчиков и оставаться беззащитным, как ягненок! Это и имеет в виду Петр, называя Его преданным. Он не мог не упрекнуть своих слушателей в том, что и они ответственны за смерть Христа, что беззаконные (т. е. не принадлежащие к избранному народу язычники) были лишь орудием исполнения их воли.

Итак, вплоть до этого момента Петр мог рассчитывать на определенное понимание и одобрение со стороны слушателей, потому что среди иудеев бытовали разные мнения об участи Христа. Но его утверждение о воскресении звучало слишком неожиданно. На основании мессианского псалма (см. Пс. 17:5 и сл.) «муки смертные» часто рассматриваются как процесс возрождения к новой жизни (см. 2Цар. 22:6). Подобно тому, как беременная не может удержать дитя в своем лоне, бездна не смогла удержать в себе Искупителя. Земля, часто называемая в древности матерью, вынуждена была отдать Его. Силы смерти, приводящей людей в ужас, оказалось недостаточно, чтобы удержать Иисуса. Таким образом, воскресив Христа из мертвых, Бог доказал, что Его созидательная сила намного превышает разрушительную силу смерти. Именно на достоверном свидетельстве Его воскресения основывается и наша надежда на всеобщее воскресение.

В подтверждение сказанного в ст. 25—28 процитирован Псалом 15 (Пс. 15:8—11). В нем говорится о том, что Господь хранит человека в течение всей жизни, и даже после смерти. Следовательно, в Ветхом Завете, в отличие от Нового, надежда на жизнь после смерти выражена не столь очевидно. Кроме того, в Псалме говорится преимущественно о спасении души от смертельной опасности. Заметим, что, как и во многих других местах, ветхозаветный текст рассматривается здесь ретроспективно, сквозь призму воскресения. Может быть, Петр неверно интерпретировал Псалом 15, используя его как доказательство воскресения? Маловероятно. Скорее, он дополнил и истолковал высказанную в нем мысль о том, что Бог хранит верующего во всех жизненных обстоятельствах.

Автором Псалма 15, выразившим в нем свое доверие к Господу, был царь Давид. Далее Петр рассказывает о нем подробнее (2:29—35).

Примечательно, что в Новом Завете имя Давида упоминается 59 раз, в обеих книгах Луки (Евангелии и Деяниях) — 24 раза. Речь о Давиде часто заходит в Лк. I, в Деян. 2 (проповедь Петра) и в Деян. 13 (проповедь Павла). При этом обращает на себя внимание то обстоятельство, что Лука, очевидно, связывает с Давидом исполнение обетования Нафана (см. 2Цар. 7:12—16; Лк. 1:32,69; 2:11; Деян. 13:34,36; 15:16). Таким образом Лука, воспитанный в языческом мире и потому особо заинтересованный в проповеди Благой вести язычникам, как бы совмещает иудейскую традицию, связанную с Давидом, с христианской проповедью среди язычников.

Петр, желая подчеркнуть значимость царя Давида в священной истории, называет его праотцом — патриархом. В Новом Завете такое обращение обычно относится только к Аврааму и двенадцати сыновьям Иакова. По всей видимости, вследствие почтения, с которым иудеи относились к царю Давиду, им было трудно смириться с фактами. Поэтому Петр просит у слушателей позволения с дерзновением говорить о нем. В то время утверждение о том, что Давид умер и погребен, не было само собой разумеющимся. Известно, что трижды в иудейском обряде богослужения в праздник новолуния провозглашалось: «Давид, царь Израильский, живет и существует». Однако даже если этот обряд возник в более поздний период, совершенно ясно, что породивший его образ мышления сформировался значительно раньше. Тем не менее в своей речи Петр утверждает, что Давид умер, да и Писание сообщает о смерти царя Израиля и его погребении (ЗЦар. 2:10). В качестве же зримого доказательства этого неоспоримого факта жители Иерусалима имели возможность созерцать древнюю гробницу Давида в южной части города, которая была, как известно, разрушена только в начале 30-х гг. И в. н. э.12

Итак, Давид и в самом деле умер, следовательно, молившийся псалмопевец пророчествовал о ком-то другом. Петр уверен, что речь идет о некогда обетованном Давиду потомке, которому предстояло занять престол царя Израиля, т. е. в связи с существовавшими у иудеев представлениями — о Мессии. Поэтому апостол и сравнивает гробницу, в которой к тому времени почти тысячу лет покоился царь Давид, с другим гробом, о котором уже в течение нескольких недель говорят в Иерусалиме — а именно с гробом Иисуса Христа. Исполнилось то, на что когда-то дерзнул уповать Давид: …не оставлена душа Его в аде, и плоть Его не видела тления. Сам Бог, Творец всякой жизни, воскресил Иисуса. И хотя воскрешения мертвых происходили во времена ветхого и нового заветов, эти воскрешенные получали лишь милостивую отсрочку до неминуемой смерти, забиравшей их впоследствии навсегда. Мессию же Иисуса Бог воскресил для вечной жизни, что и засвидетельствовали ученики, встречавшиеся с Господом.

Далее Петр возвращается к исходному пункту своей проповеди — Бог вознес Его к Себе (2:33). Иисус занял место одесную Бога, т. е. стал Его «правой рукой». Обладая такой властью, Он излил Духа Святого на Своих учеников примерно так же, как в прежние времена изливали елей — символ Духа — на избранников Бога (Исх. 29:7 и др.). Следствием этого события и явилось говорение на разных языках.

Таким образом, обращаясь к Писанию, Петр приводит еще одно доказательство того, что в Псалме 15 речь идет не о Давиде. Ведь и в Пс. 109:1 Давид говорит не о себе, поскольку он не был взят «на небеса» (здесь множественное число существительного «небеса» соответствует еврейскому образу мышления). Если Иисус уже относил эти слова к Себе (см. Мф. 22:41—46), то Петр идет по пути такого истолкования еще дальше: Иисусу, казненному иудеями за богохульство, а римлянами — за бунтарство, Господь указал на место одесную Себя, т. е. на почетное место. Речь Петра заканчивается пророческим свидетельством о том, что Иисуса Бог соделал Господом и Христом (2:36). Слово «Господь» — в греческом переводе Ветхого Завета, Септуагинте, заменяет имя собственное Яхве, используемое при обращении к Богу. Кроме того, оно было частью титула римских императоров и служило для именования их властителями всего мира. Следовательно, для мышления иудеев и язычников это утверждение Петра было неприемлемым, в то время как титул Помазанник должен был обратить на себя внимание именно иудеев. Лишь впоследствии в некоторых иудейских кругах возникло ожидание единственного Помазанника (Мессии) в конце времен, в то время как в Ветхом Завете мы еще встречаемся с целым рядом помазанников (священников, царей и т. д.). Как известно, помазания удостаивался тот, кто получал от Бога вполне определенное поручение, а само помазание служило знаком принятия Святого Духа. Таким образом, Петр говорит об Иисусе как о несправедливо казненном по подстрекательству иудеев, но воскрешенном Богом и вознесенном в Божественные сферы, а также наделенном Божьим Духом и правящем, как и подобает Господу. Это были очень важные слова. Как же реагировали на них собравшиеся?

На этот раз их реакция была единодушной. Слушатели Петра поняли, что его свидетельство ставит их перед выбором, требует принятия решения. Что нам делать? — спрашивает годна у апостола (2:37). Естественно, что тот, кто услышал о воскресении Христа, уже не может вести прежний образ жизни. Они умилились сердцем, как пишет Лука, или сокрушились (см. Пс. 108:16), но прежде всего даже не от радости, а от сознания вины Израиля, распявшего своего Мессию. В речи Петра сталкиваются закон и Евангелие, суд и милость. Все эти понятия взаимосвязаны, но уже в библейских текстах последовательность и значимость их различны. Однако давний вопрос о первостепенности (закона или Евангелия) не возникнет, если мы будем следовать указаниям Писания. Очевидно, что Божий Дух нуждается и в первом, и во втором как в средствах воздействия. Покаяться, креститься и принять дар Святого Духа — вот рекомендации, данные Петром вопрошавшим его людям. Такова последовательность действий: покаяние, крещение и принятие Духа. Уже Иоанн Креститель, вопреки иудейской традиции, соединил покаяние и крещение. Оба понятия были известны иудаизму, но существовали независимо друг от друга. Следует напомнить, что в иудейской религиозной традиции ритуальные омовения использовались, как правило, для обретения культовой чистоты. Они совершались правоверными иудеями многократно и по разным поводам. Существовало, правда, и однократное погружение в воду миквы — бассейна для ритуального омовения — по случаю принятия язычником иудаизма. Во всех случаях это были омовения, совершаемые самим человеком. В христианстве же, по примеру Иоанна Крестителя, крещение совершается другим лицом. Таким образом, оно становится для крещаемого действом, не требующим его собственной активности. В этом заключен глубокий смысл: не сам человек смывает с себя грехи, а Бог, хотя и через посредника.

Петр, призывая креститься во имя Иисуса Христа, подчеркивает этим смысл крещения как действа, берущего начало в подвиге Иисуса Христа во спасение человека, с одной стороны, и ведущего к прощению грехов, с другой стороны. Понимание крещения как смерти и воскресения вместе со Христом, особенно ясно выраженное в посланиях Павла (см. Рим. 6:1 и сл.; Кол. 2:12 и сл.), в этот ранний период благовестия еще не засвидетельствовано. Петр объединяет крещение и принятие Духа в одно целое (на основании Иез. 36:25 и сл.), подобно тому как Иоанн Креститель в свое время совместил покаяние с крещением. Таким образом и возникло триединство — покаяние, крещение, принятие Духа. При этом решающим является то, что ни один из этих элементов нельзя убрать, отделить от других или вычленить как наиболее важный. На протяжении всего повествования о деяниях апостолов мы увидим, что эта последовательность может нарушаться, а покаяние предполагает наличие веры. Крещение без покаяния не спасает и исключает получение дара Святого Духа, в то время как покаяние неизбежно приводит к крещению. Следовательно, невозможно получить дар Божьего Духа (крещение Духом) независимо от покаяния и крещения.

Следует особо подчеркнуть, что в соответствии с Новым Заветом крещение в первую очередь является деянием Бога, которое Он совершает над человеком. Крещение не может быть приравнено к акту исповедания. Если бы его главный смысл заключался в этом, то для извещения мира о том, что человек стал христианином, в наши дни следовало бы поискать другие пути. Возможно, объявление в газете в таком случае было бы гораздо целесообразнее, чем акт крещения в узком кругу единоверцев. Поэтому решающим является не публичность крещения, а та духовная связь, которая устанавливается в этот момент между Богом и человеком.

То же относится и к покаянию (обращению). В арамейском языке, на котором, как мы полагаем, говорил Петр, понятие «совершать покаяние» выражено глаголом движения. Он имеет три значения: «возвращаться» (по отношению к исходному пункту); «отворачиваться» (по отношению к первоначальной цели); «оборачиваться, обращаться» (по отношению к пункту обращения). Все они дают наглядное представление о том, что заключает в себе собирательное понятие «покаяние» («обращение») — оно означает возвращение к Богу Отцу, отречение от прежних жизненных ценностей (1Фес. 1:9), изменения в духовной сфере. Призыв к покаянию является вершиной проповеди Петра и всех остальных апостолов, а ранее об этом же говорили Сам Иисус и ветхозаветные пророки. Исследование значений слова «покаяние» показывает, что это библейское понятие не было придумано сторонниками пиетизма, как полагают некоторые, но постепенно сформировалось в качестве такового в обоих Заветах Писания, что и было вновь открыто этим течением протестантизма в XVIII в.

Итак, призыв к крещению, покаянию и принятию дара Святого Духа является следствием Божьего обетования, прежде всего Своему народу. Хотя в нашем понимании благовестив среди язычников с богословской точки зрения и обосновано, у Петра нет и речи о чем-либо подобном. Следует обратить внимание на призыв Петра к иудеям диаспоры. Видимо, от них он ожидал более сочувственной реакции, чем от палестинских иудеев, отвергших Мессию и предавших Его на распятие (см. Ис. 57:19; Иоил. 3:5). По-видимому, обращаясь к иудеям диаспоры, Петр надеялся, что ему удастся убедить их в достоверности происходивших на Пасху в Иерусалиме событий. Под словом дальние в Библии зачастую подразумевается не только физическая удаленность, но и духовное отделение от Бога. И в самом деле, можно находиться вблизи Храма (Иер. 7:4), внешне принадлежать к обществу Господа (Рим. 2:28 и сл.), но сердцем быть далеко от Него. Таким образом, во всех своих проповедях Петр подчеркивает, что в конечном итоге Сам Господь призывает людей, и только Ему известно число тех, кто последует этому призыву. Но это не повод для того, чтобы апостолы сидели сложа руки, наоборот, это должно придать дополнительный импульс распространению Благой вести.

Лука отмечает, что он не претендует на изложение проповеди Петра во всей полноте (2:40). В своей книге евангелист излагает ее сущность: …спасайтесь от рода сего развращенного. В некоторых местах Ветхою Завета выражение род сей развращенный характеризует противящийся Божьей воле богоизбранный народ (см. Втор. 32:5). Можно подумать, особенно на основании Деян. 2:13, что Петр имеет в виду иудеев. Однако бесспорно то, что обвинение в развращенности и отказе следовать путями Божьими должно относиться ко всему человечеству. Чтобы спастись, необходимо все же выйти из толпы, стремящейся в бездну. Это и подразумевал Иисус, когда говорил Своим ученикам, что они в мире, но не от мира сего. Очевидно, что христиане спасены благодатью Божьей для того, чтобы в свою очередь спасать других.

По всей видимости, речь Петра не осталась без ответа. Многие слушатели охотно приняли слова Петра. Они крестились и таким образом присоединились к Христовой Церкви. Лука говорит, что таких было душ около трех тысяч. Из этого сообщения мы можем судить о масштабах происходившего события. Согласно расчетам известного немецкого библеиста Иоахима Иеремиаса, в те дни в Иерусалиме проживало не более 30 тыс. жителей. По большим праздникам из-за притока паломников их становилось в несколько раз больше. Таким образом, вполне возможно, что участвовавших в празднествах было около 100 тыс. Из этого следует, что у Петра могла быть огромная аудитория и что несколько тысяч слушателей присоединилось к первой общине. Неизвестно, были ли они крещены на месте сразу после произнесенной речи, но очевидно и то, что после праздников многие паломники вернулись к себе на родину и численность Иерусалимской церкви, вероятно, вновь значительно уменьшилась.

Речи, приведенные Лукой в Деяниях апостолов

Рассказ об апостольских деяниях не является неким формальным отчетом, содержащим лишь имена благовестников и сроки распространения христианства от Иерусалима до Рима. Это проповедь Благой вести об Иисусе, содержащая целый ряд как кратких, так и пространных речей.

  1. В Деяниях встречаются разнообразные речи:
  • речи к иудеям Петра (Деян. 2:14 и сл.; 3:12 и сл.; 4:8 и сл.; 5:29 и сл.) и Павла (Деян. 13:16 и сл.);
  • речи к язычникам Петра (Деян. 10:34 и сл.) и Павла (Деян. 14:15 и сл.; 17:22 и сл.);
  • речи в защиту, произнесенные Петром (Деян. 11:5 и сл.), Павлом (Деян. 22:1 и сл.; 24:10 и сл.; 26:2 и сл.; 28:17 и сл.) и Стефаном (7:2 и сл.);
  • прощальная речь Павла (Деян. 20:18 и сл.),
  • а также многие другие (в частности, речи Гамалиила — Деян. 5:35 и сл., Иакова — 15:13 и сл., Димитрия — 19:25 и сл., блюстителей порядка — 19:35 и сл., ритора Тертулла — 24:2 и сл.).
  1. Из самой же книги Деяний следует, что ее автор не мог слышать каждую из них. И в самом деле — Лука появляется в повествовании среди спутников Павла только в Деян. 16:10. Таким образом, возникает вопрос о достоверности речей. Но прежде нам следует уяснить, что существует различие между пересказанными в Евангелиях проповедями Христа и апостольскими речами. Слова Иисуса были основополагающими для обретения веры и созидания Церкви в целом, речи же апостолов носили исключительно просветительский характер. Они также были значимы для слушателей и в определенных случаях сохранялись и передавались дословно (но, скорее всего, не заучивались наизусть, подобно изречениям Христа). Вряд ли Лука располагал стенографическими выписками из церковных или личных архивов. С другой стороны, не стоит забывать, что речи произносились перед слушателями, не подвергавшимися такой информационной агрессии, как теперь, и многие являлись образцами ораторского искусства того времени. Учитывая эго, можно заключить, что Лука все же располагал довольно подробными сведениями о них. Этот факт в некоторой степени разъясняет греческий историк Фукидид: «Что касается речей, произнесенных отдельными лицами или в пору приготовления к войне, или во время уже самой войны, то для меня трудно было запомнить сказанное в этих речах со всею точностью, как то, что я слышал сам, так и то, что передавали мне с разных сторон другие. Речи составлены у меня так, как, по моему мнению, каждый оратор, сообразуясь всегда с обстоятельствами данного момента, скорее всего мог говорить о настоящем положении дел, причем я держался возможно ближе общего смысла действительно сказанного»
  2. Интересно сравнить структуры четырех речей Петра перед иудеями в Деян. 2—5. При этом обращает на себя внимание то обстоятельство, что сходный характер придают им четыре элемента:

—           проповедь об Иисусе Христе, находящаяся в центре повествования (например, Деян. 2:22—24);

—           доказательства из Писания (Деян. 2:25—31);

—           указание на свидетелей (Деян. 2:32—36);

—           призыв к покаянию и спасению (Деян. 2:38 и сл.).

Эти элементы выражают и суть отрывка, приводимого в Кор. 15:3 и сл., из чего видно, что такая последовательность в проповеднических речах перед иудеями основывается на реально существовавших тогда представлениях. Таким образом, можно сделать вывод, что в распоряжении Луки действительно были вполне надежные источники.

Поведение христиан после Пятидесятницы (2:42—47)

2:42 И они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах.

2:43 Был же страх на всякой душе; и много чудес и знамений совершилось через Апостолов в Иерусалиме.

2:44 Все же верующие были вместе и имели всё общее.

2:45 И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря но нужде каждого.

2:46 И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца,

2:47 хваля Бога и находясь в любви у всего народа. Господь же ежедневно прилагал спасаемых к Церкви.

Довольно часто Лука вводит в повествование некоторые отступлении, где в сжатой форме даются сведении о делах и состоянии первой христианской общины в Иерусалиме (Деян. 2:42—47; 4:32—37; 5:12—16). Эти вставки мы будем называть «резюме» или обобщениями. Они усиливают своеобразие Деяний, в которых Лука не столько излагает историю раннего христианства, сколько стремится дать читателю представление о выдающихся личностях и событиях тех дней. Эти резюме придают довольно пестрой картине событий некую завершенность, как бы очерчивая отдельные элементы полотна одной большой рамой.

К примеру, в данном фрагменте Лука сообщает о большом числе уверовавших в Иисуса, так что у читателя сразу же возникает представление о жизни этого нового сообщества. Главное сказано вначале: …они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах (2:42). Следует заметить, что часто люди бывают привязаны к тому, что они унаследовали от прежних поколений, крепко держась за старое, ветхое, но привычное. Такое нередко встречается и в некоторых христианских кругах, но в Новом Завете говорится лишь о постоянном пребывании в том, что особенно значимо и жизненно необходимо: именно об этом и идет речь в ст. 42. Христиане должны четко различать те случаи, когда нужно идти «в ногу со временем» (ведь в мире появляется много нового), а когда нельзя поступиться даже малым (это касается евангельского учения). По этому вопросу в ходе церковной истории то и дело возникали конфликты. Перед этим выбором стоят и современные апологеты пиетизма.

Итак, первые христиане в Иерусалиме постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах. В данном случае под учением Апостолов не следует понимать систему богословских постулатов веры — она возникла гораздо позднее. В то время под этим подразумевалось содержание проповеди первых свидетелей: сообщение о речах и делах, о смерти и воскресении Иисуса Христа. Из сказанного следует, что и ныне важно придерживаться первых исторических свидетельств. Именно так действовал и апостол Павел, используя в своей проповеди юридически выверенные аргументы (к примеру, он не упоминает о женщинах у гроба — 1Кор. 15:3 и сл.). Не следует забывать о том, что вера основывается именно на проповеди о Божьих деяниях, засвидетельствованных очевидцами. Поэтому она всегда наполнена содержанием и является не только «уверенностью в невидимом» или «осуществлением ожидаемого». Бог воскресил Христа из мертвых, и потому мы смеем надеяться на спасение. Постоянное пребывание в учении Апостолов естественно привело к тому, что содержание этою учения сохранялось в предании и тщательно изучалось. Даже Павел, который не раз подчеркивал отличие своей проповеди отблаговестил первых апостолов, тем не менее попросил их одобрить свою миссию (Гал. 2:2). Можно представить себе, что означало для молодого христианства то обстоятельство, что во второй половине I в. н. э. апостолы стали один за другим покидать этот мир. Потребность в подтверждении исторических свидетельств об Иисусе Христе стала одной из причин появления в эти годы записанных Евангелий.

В таком же общем смысле употреблено в этом стихе и понятие общение. Поскольку у Луки оно встречается только здесь, можно предположить, что для посвященных оно уже стало вполне привычным. Под ним подразумевается не просто существование круга единомышленников, а их единодушная приверженность учению Христа. Здесь все являются как бы соучастниками Его подвига во спасение человечества, что и объединяет их вопреки различиям характеров. С самого начала существенным признаком христианства являлось не однообразие формы, а единство в многообразии. Различия были второстепенными. Важно, что христиане встречались под сенью Христова креста. Последователи Иисуса постоянно пребывали вместе. Однако причиной и движущей силой этого объединения была все же не взаимная симпатия, а коллективное стремление к покаянию.

Конкретным и зримым общение стало в двух (вероятно, главных) церковных установлениях: в преломлении хлеба и в молитвах. Известно, что по иудейской традиции в начале праздничной трапезы хозяин дома разламывал хлеб для всех присутствующих, показывая таким образом, что собравшиеся вкушают от одного хлеба. Именно так поступал Иисус во время Тайной вечери (Мф. 26:26) и праздничной трапезы по Его воскресении (Лк. 24:30). Общая трапеза и причащение, думается, были нераздельны в раннехристианской Церкви. Только позднее, когда церковные общины стали многочисленными, произошло разделение этих действий (см. Деян. 6:1 и сл. и 1 Кор. 11:17 и сл.). Однако, поскольку преломление хлеба имело смысл общения только для иудеев, по этому вопросу позднее возникли разногласия с христианами, обращенными из язычников (см. Гал. 2:11 и сл.). Различное понимание причащения вносит свои особенности и в отношения христиан различных конфессий. Не вдаваясь в подробности, можно сказать, что со времен Реформации бытуют три различных понимания причащения: реалистическое, символическое и обрядовое. Судя по тому, как было заповедано причащение (Лк. 22:19 и сл.), Христос рассматривал его как трапезу в воспоминание о Его подвиге спасения, но вместе с тем и как проповедь Слова, как акт подтверждения прощения грехов и как трапезу общения, которая соединяет участников между собой. При этом, однако, нельзя отдавать предпочтение одному аспекту в ущерб прочим.

Наряду с преломлением хлеба упоминаются также молитвы или «молитвенные собрания», которые раньше имели в жизни Церкви смысл скорее противоположный преломлению хлеба. Народ Израиля постоянно обращался к Богу со своими просьбами и с благодарностью. Еще до того, как в диаспоре появились иудейские синагоги, там сооружались «молитвенные дома». В Ветхом Завете мы находим наряду с молитвами восхваления и индивидуальные молитвы по конкретным поводам; из них и возникла Псалтирь. Многочисленные примеры из Ветхого Завета показывают, что личное общение с Господом было издревле неотъемлемой частью иудейской веры. Новшеством в раннем христианстве было обращение к Богу со словом «Отец», которое позволяло воспринимать Господа несравнимо ближе и доверительнее, чем это было возможно в ветхозаветных отношениях. Новой была также и молитва, обращенная к вознесенному Иисусу Христу (Деян. 7:59—60). Новым было познание воздействия Святого Духа через молитву (см. Рим. 8:15,26; 1Кор. 14). Итак, в связи с вышесказанным становится ясно, что в богослужениях того времени совместная молитва в заранее заданной или свободной форме занимала довольно значительное место. Как далеки мы сегодня от этого! Причину пренебрежения к молитвам в наши дни наверняка надо искать в том, что мало кто ожидает на них ответа свыше. В свое время Мартин Лютер говорил, что когда ему приходилось усиленно работать, то он особенно много молился, а об одном африканском епископе известно, что тот проводил за молитвой по пять (!) часов в день. Не сбиваемся ли мы с пути в Царство Божье, считая внешнюю активность более важной, чем личные беседы с Богом? Не правильнее ли сначала поговорить о каком-то человеке с Господом, прежде чем говорить с этим человеком о Нем? Следует подчеркнуть, что именно в молитвенной жизни проявляется детская вера христианина в Бога, а интенсивная молитвенная жизнь — необходимое следствие библейского учении об оправдании верой.

Итак, перед нами четыре направления, которых придерживались первые христиане после Пятидесятницы:

  • достоверное свидетельство об Иисусе;
  • общение друг с другом, обретенное в результате совершенного Господом подвига нашего спасения,
  • преломление хлеба,
  • молитва.

Обратим внимание, что в этом ряду не упоминается крещение. Вероятно, в то время оно рассматривалось только как акт вступления в христианскую общину. Кроме того, до сих пор неясно, совершалось ли крещение в тот ранний период во время богослужения или нет.

Таковы были обстоятельства внутрицерковной жизни. Однако в Деяниях сообщается помимо всего прочего и о воздействии Церкви на внешний мир. Был же страх на всякой душе… — сказано далее в Писании. Здесь имеется в виду не столько страх, сколько особое волнение и трепет. И в самом деле — довольно часто обнаруживаются подтверждения тому, что очевидцы чудес пребывали в страхе. Вспомним, к примеру, Евангелие от Марка, когда женщины у гроба, не найдя тела Христа, пришли в ужас. Таким образом, в рассматриваемом тексте следует видеть два аспекта: чувство восхищения молодой христианской Церковью и, в известной мере, то потрясение, которое испытывали люди при виде чудес, совершаемых апостолами. Хотя Лука далее сообщает: Все же верующие были вместе… — это вовсе не означает, что речь идет обо всех трех тысячах христиан. Очевидно, что к Иерусалимской церкви принадлежала лишь малая их часть. Большинство же вернулись после Пятидесятницы на родину, т. е. в Палестину или в диаспору. Можно предположить также, что одна часть уверовавших сохранила приверженность Иисусу, жила в вере и свидетельствовала о Нем, другие же после вспышки воодушевления вернулись к своей прежней жизни. Известно, что в Иерусалимской церкви было несколько сотен верующих. А исцеление Петром хромого привело к резкому увеличению ее численности (Деян. 4:4) и вызвало необходимость в организованном обустройстве общины. Таким образом, в своем повествовании Лука стремится обратить внимание на внутреннее единство Церкви, о чем свидетельствовало и обобществление собственности — факт, вызвавший впоследствии множество дискуссий.

Нигде в Новом Завете нет указаний на то, что отказ от собственности был обязательным требованием, предъявляемым к христианам. Да, Иисус рекомендовал такой отказ от имущества некоторым людям (богатому юноше — Мф. 19:21), а также в других случаях, однако здесь речь идет скорее о самосовершенствовании во имя обретения Царства Божьего (Мф. 13:44—46). Что же конкретно побуждало христиан к продаже имений и всякой собственности? Поначалу, вероятно, причиной этого было ожидание ими скорого пришествия Иисуса Христа, которое объясняло отказ от всего материального при полной сосредоточенности на духовном. Кроме того, состоятельные люди охотно делились средствами с неимущими в полном соответствии с заповедью о любви к ближнему. В древности не существовало системы социальной помощи, каждый человек был предоставлен самому себе. Именно поэтому такая материальная забота была очень важна. Думается, продажа имений осуществлялась не одновременно, а постепенно, в зависимости от потребностей Церкви. Важно обратить внимание и на то обстоятельство, что христиане, по всей видимости, не надеялись на решение всех материальных проблем только путем отказа от частной собственности. Но считая это возможным через веру во Христа, они были готовы на подобные жертвы. Поэтому мы восхищаемся первыми христианами и одновременно испытываем смущение, поскольку сами не находим достаточно душевных сил, чтобы совершить подобный поступок.

И вновь Лука кратко сообщает как общие, так и конкретные сведения о богослужении в христианской общине (2:46 и сл.). Это не было пресловутым «воскресным христианством», поскольку последователи Христа каждый день единодушно пребывали в храме. В нынешнее время это частое совместное пребывание, тесное общение и готовность к жертвенности остаются вернейшими признаками духовного пробуждения. Примечательно, что на первых порах христианская Церковь все еще пребывала внутри иудаизма, а Иерусалимский храм был местом собраний как иудеев, так и христиан. Но вместе с тем последние собирались также и в частных домах, где по примеру предпасхальной вечери проводили совместные трапезы в братской любви. В этих трапезах радость о спасении (ср. Лк. 1:47) соединилась с готовностью повиноваться Господу (Кол. 3:22) и восхвалять Его.

Согласно Луке, окружающие взирали на христиан с уважением; они находились в любви у всего народа. Разумеется, евангелист говорит не обо всех без исключения жителях Иудеи: наверное, ему было хорошо известно о критике молодой Церкви со стороны определенных общественных кругов. Но отношение большинства иудеев, скорее всего, было благожелательным.

В резюме в ст. 47 упоминается о численном возрастании ранней Церкви.

Обратившись вновь к гл. 2 Деяний апостолов, можно заключить следующее:

—           во-первых, проповедь Петра на Пятидесятницу носит вполне христологический характер: в центре внимания находится не собственно излияние Святого Духа, а Тот, от Кого Он исходит и о Ком Божий Дух свидетельствует;

—           во-вторых, Лука подчеркивает единодушие ранней Церкви, возможно характеризуя общую атмосферу в христианских общинах того времени. Очевидно, что такой «рацион» первой Церкви (2:42) полезен общинам и в наше время.

Толкование на третью главу Деяний Святых Апостолов

Написать ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *